ГОЛОВНА
ГОЛОВНА Поиск
 

страницы | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 |

КАК УЛУЧШИТЬ ДОБЕРМАНА?

Недавно, на форуме популярного сайта Doberman.info прошла оживленная дискуссия под таким названием. Участники форума сломали немало копий, но, по-видимому, так и не ответили на этот вопрос. Аргументы исчерпаны, проблема осталась.
Как же улучшить добермана? На этот вопрос можно ответить кратко, можно подробно, а можно всего одним словом.
При искусственном разведении есть только один способ улучшения кого бы то ни было, любого вида животных, растений или микроорганизмов. Этот способ — селекция.

Селекция — это наука. По селекции пишут учебники и защищают диссертации. Селекция имеет свой предмет изучения, свои законы, свой научный фундамент.
Селекция родилась вскоре после того, как человек одомашнил несколько видов животных. В то далекое время не были известны законы наследственности, селекция существовала в своей «народной» форме и, кстати, небезуспешно. Некоторые сравнивают деятельность ряда современных заводчиков с народной селекцией. Нет, это неверно. Деятельность упомянутых заводчиков к селекции отнести вообще нельзя: ни к научной, ни к народной. Ниже будет понятно почему.
Наши доисторические предки быстро поняли, что оставлять всех родившихся животных и всем предоставлять возможность размножаться нецелесообразно и невозможно экономически. Они действовали примитивно, но с существенным эффектом. Чтобы в результате разведения своих животных улучшать, они на племя оставляли ЛУЧШИХ: лошадь — самую быструю, свинью — самую толстую, собаку — самую умную.
Научная селекция имеет свои законы. Чтобы получать запланированный результат, эти законы надо знать и уметь ими пользоваться.
Эффективность селекции в первую очередь зависит от поставленной ЦЕЛИ. Селекционные цели должны быть общими для большой популяции разводимых животных. Достичь чего-то прогрессивного в рамках одного помета или одного питомника невозможно.
Селекционная задача не может быть отождествлена со стандартом породы. Стандарт породы недостаточно конкретен, он описывает стати собаки в слишком общей и НЕРАНЖИРОВАННОЙ форме, он не привязан к данному времени, к данному состоянию породы и к данным проблемам. Цель селекции или, если хотите, селекционная идея, вытекает из анализа состояния породы на конкретном временном и пространственном ее положении.
Встает законный вопрос: кто должен проводить такой анализ и кто должен генерировать эту самую СЕЛЕКЦИОННУЮ ИДЕЮ? Это должны делать наиболее авторитетные, грамотные и опытные специалисты.
Давайте теперь перенесем эти общие закономерности конкретно на собаководство. В каких породах и в каких странах селекционная идея была членораздельно озвучена?
Наиболее последовательно действуют, как нам кажется, любители немецких овчарок в Германии. Президент породного клуба — лицо выборное. Президент породного клуба является наиболее опытным, грамотным и уважаемым специалистом. Именно ОН и ЕГО СОРАТНИКИ выступает с селекционной идеей, которая направлена на решение ОБЩЕПОРОДНЫХ проблем данного этапа эволюции породы. В примитивном изложении селекционная идея звучит так: «Ребята, в нашей породе к сегодняшнему дню имеются такие-то проблемы (экстерьерные, интерьерные, поведенческие). Для решения этих проблем необходимо сделать то-то и то-то». Данная установка становится генеральным направлением деятельности заводчиков. Она же является ориентиром для экспертов, поскольку успешная селекция возможна только в том случае, когда эксперты и заводчики действуют заодно, как соучастники, так сказать, СО-ТВОРЦЫ, одного созидательного процесса.
Имеются ли где-нибудь в какой-нибудь стране селекционные идеи в породе доберман?
Скорее всего, имеются. Вместе с тем в сформулированной форме, такой вот четко очерченной и конкретной мы не встречали. Пожалуй, только на этапе введения теста ZTP проблемы у доберманов были конкретизированы. Возможно, мы недостаточно информированы. Однако для прогрессивного развития породы аналитический аспект и план дальнейшей деятельности ОБЯЗАНЫ присутствовать. Наверное, в идеале выборы руководителей породы должны выливаться в соревнование селекционных программ.
Селекция базируется на двух китах. Один кит — это отбор, другой кит — это подбор. Эффективность претворения в жизнь селекционной идеи зависит от того, как эти две составляющие организованы.
В нашем собаководстве в послевоенный период были известны три такие организационные системы. Рассмотрим их подробнее.
Первый период просуществовал до 1974 года. В стране существовала ОДНА кинологическая организация — Федерация служебного собаководства СССР, в системе которой разводились все собаки служебных пород. В рамках Федерации очень четко присутствовала «вертикаль власти» — как сейчас любят говорить. Кинологические организации повторяли отлаженную структуру комитетов ДОСААФ. В рамках клубов служебного собаководства и отбор (экспертиза собак на выставках и рабочих испытаниях) и подбор (составление конкретных комбинаций) осуществляли специалисты. Где-то они были штатными работниками, где-то общественниками, но это были люди, которые так или иначе проходили специальную подготовку, сами имели большой опыт и судейскую квалификацию. Из числа таких вот наиболее грамотных и опытных кинологов выбирались руководители пород.
До сих пор мы храним уникальный документ — «План разведения секции доберманов Московского клуба служебного собаководства ДОСААФ на 1968 год». Преамбула к этому плану разведения — научная статья, аналитический обзор состояния породы по линиям существовавших в то время производителей. Этот анализ проводился ежегодно на основе результатов выставок и рабочих испытаний и предшествовал выбору производителей для конкретных сук.
Мало того. План разведения проходил процедуру защиты, где в своем докладе ответственный за разведение отстаивал перед «старшими товарищами» свои селекционные позиции. Таким образом, повторяем, и отбор, и подбор проводили специалисты.
Второй этап связан с образованием огромного количества клубов и распадом поголовья на соответственное количество независимо существующих и независимо размножающихся единиц. При этой системе не существовало ни отбора, ни подбора. В это время не существовало даже первобытнообщинной народной селекции, поскольку плодилось и размножалось все, что двигалось. Закономерным результатом такой организационной структуры была стремительная деградация почти всех пород, их полное и абсолютное убожество. Единственное, что хоть как-то поддерживало наше собаководство — это селекционный ресурс западных кровей через завозных производителей и самоотверженный труд отдельных коллективов соратников. Верхом селекционной доблести считалось притащить с Запада какого-нибудь кобеля и перевязать им как можно большее количество сук.
Третий период наступил при вхождении в мировое сообщество, олицетворенное FCI. В соответствии с правилами FCI племенная работа строится следующим образом: отбор остается в руках специалистов и осуществляется посредством оценок на выставках, рабочих испытаниях и тестах, а подбор — предельно демократичен, проводится внутри отобранного контингента и находится в руках владельцев племенных сук, т.е. заводчиков.
Мы не будем сейчас обсуждать, хорошо это или плохо. Мы не в праве менять эти установки. Успех племенной работы во многих странах говорит в пользу такой системы.
Вхождение в FCI сопровождалось у нас практически полным отречением от собственных собак, собственного стандарта и собственных специалистов, если только они не были инициаторами такого отречения. Успех на выставках привезенных с Запада собак часто демонстрировал оправданность подобного отречения. В этот период появилось много публикаций, пропагандирующих западную систему воспроизводства и западных производителей, а выставочные ринги заполнили западные судьи. Новые поколения собаководов воспитывались в твердом сознании, что цель селекции — это стандарт породы. Именно стандарт маячит где-то впереди, а мы должны путем своих усилий медленно к нему приближаться. Однако короткий период эйфории закончился достаточно быстро. Тому было много причин. Во-первых, мы увидели, что качественные критерии выставочного отбора у западных судей гораздо ниже, чем у отечественных специалистов. 95% отличников на не очень представительной периферийной выставке — обычное явление. Те собаки, которые раньше получили бы в лучшем случае «очень хорошо» или даже «хорошо», теперь имели высшие оценки и разнообразные сертификаты. Собаки без зубов раньше однозначно дисквалифицировались, теперь они выставляются совершенно спокойно со справками или без оных, и никого это, похоже, не волнует. Во-вторых, селекционные ориентиры, которые должны формировать специалисты-эксперты путем присвоения высших титулов наиболее прогрессивным с точки зрения их экстерьера собакам, оказались не только как бы размытыми, они исчезли полностью, так как сегодняшние победители завтра проходят последними. Особенно наглядно это стало видно сейчас, когда стало модным проводить сдвоенные мероприятия (САСIВ+САСIВ, САСIВ+САС и т.п.). Часто результаты одной выставки повторяют другую с точностью до наоборот! Что же это за стандарт такой резиновый, что же он так бесконечно растягивается то в одном направлении, то в другом!
В этой связи приведу маленький пример. В начале 90-х годов у целого поколения современных доберманистов воспитали комплекс неполноценности по поводу формы головы добермана. Пожалуй, голова была единственной частью собаки, форма которой и требования к которой были конкретизированы. Журналы помещали статьи на тему: «Какой должна быть голова добермана», в популярных книгах Дж. в.д. Цвана опубликованы фотографии голов разного типа: вот это — старый тип, вот это — новый. Видите разницу?
Все видели и начали упорно головы исправлять. Но тут появились западные собаки «августейшего происхождения» с головами, мягко говоря, отнюдь не передовых размеров и объемов. И о головах замолчали. Единственную озвученную селекционную цель забыли, работу до конца не довели, погнались за другим. Кстати, а за чем погнались? Никто как-то не может конкретно ответить на этот далеко не риторический вопрос…
Мы потому такое внимание уделяем экспертизе собак на выставках, что при современной системе воспроизводства породы только на этапе отбора предусмотрена работа лицензированных (следовательно, грамотных, подготовленных, проверенных!) специалистов. Подборы осуществляют все владельцы сук самостоятельно, кто во что горазд, сообразно своей подготовке, эрудиции и таланту. По идее каждый заводчик должен соотнести качество и тип своих собак с победителями крупных или специализированных выставок и наметить для себя пути работы. Ведь озвученной, четко сформулированной селекционной идеи у нас нет! Мы должны понимать, что 80-90% племенных собак находится в руках новичков, составляющих со своей собакой «племенной дуэт» — один владелец с одной сукой, которая вяжется один раз в жизни. Но и для опытных заводчиков знание перспектив своей работы, приоритетов, глобальных целей чрезвычайно важно. А чем более четко оформлена эта цель, тем быстрее и эффективнее идет селекция.
Практика экспертизы на крупнейших специализированных выставках показывает, что судейские решения кардинально меняются от года к году! Вот однажды победителями в большинстве классов прошли крупные, очень крепкие, атлетичные собаки и, наоборот, приземистые, коренастые, недостаточно элегантные и высокопередые потерпели фиаско, не просто не попав в расстановку, но и получив низкие оценки. А через 1-2 года тот же судейский состав вчерашних кумиров, на экстерьерный тип которых сориентировалось большинство заводчиков, отправляют в отставку, вперед же выходят небольшого роста, приземистые, коренастые собаки… Или вдруг выставку выигрывает легковатый, плосковатый, с существенными претензиями к выраженности полового типа кобель. Многие заводчики решили, что это новый селекционный лозунг. Однако на следующий год у тех же судей этот кобель получает «очень хорошо»! Стал ли он хуже? Нет, ни в коем случае. Начавшаяся племенная карьера пошла ему на пользу. Собака развилась, стала шире, плотнее, сохранив красоту силуэтного рисунка, облик кобеля стал более солидным и мужественным. Тогда почему «очень хорошо»? По всей видимости, решение судей было подчинено какой-то логике, однако практика наших выставок исключает возможность обратной связи между судьями и экспонентами.
Еще несколько слов об этой ОБРАТНОЙ СВЯЗИ. Раньше она выражалась в аналитическом отчете, который эксперт обязан был представить после проведения выставки. Отчет содержал и подробные описания каждой собаки. Сейчас никаких отчетов нет, ни устных, ни письменных. А описания?! Как часто мы получаем вместо описания набор бессмысленных слов. И пронизывает ужасающая мысль: «Эксперт и видит так, как написал. Как видит, так и пишет!»
В качестве итога можно сказать, что в массе своей современная оценка экстерьера собак функции ПЛЕМЕННОГО ОТБОРА в его СЕЛЕКЦИОННОМ СМЫСЛЕ не выполняет.
Разведение служебных собак — двуединый процесс, соединяющий и параметры экстерьера, и параметры характера и рабочих качеств. Успехи современной генетики выявили закономерности наследования многих поведенческих особенностей животных. Показано, что имеется несколько форм агрессивного поведения, наследование которых может носить различный характер. Наследственными факторами детерминирована скорость образования условных рефлексов, подробно исследованы типы высшей нервной деятельности. Во многих случаях, так же как и в наследовании экстерьерных признаков, те или иные поведенческие реакции определяются полигенно, т.е. обусловлены действием сразу многих генов, и мы видим результат их сложного взаимодействия. Практика селекции по поведенческим признакам осложняется еще и тем, что эти признаки имеют чрезвычайно широкую норму реакции. Влияние внешних субъективных факторов может сильно видоизменять проявление и степень выраженности изучаемого параметра.
На протяжении послевоенной истории наша порода пережила несколько резких изменений рабочих требований к собакам. В системе собаководства ДОСААФ доберманы вместе с другими служебными собаками обязаны были сдать ОКД и ЗКС для права получать медали на выставке и для права на племенное использование. Обязательная дрессировка выполняла три функции. Во-первых, начинающие собаководы учились управлять собакой, приобретали полезные и необходимые навыки воспитания животного. Во-вторых, собаки учились слушаться, выполнять команды, вести себя прилично. И, в-третьих, в ходе дрессировки выявлялись собаки — носители явных отклонений в поведении и характере, которые не могли сдать испытаний и к разведению не допускались. Сюда относились истерики, трусы, собаки, патологически не берущие апорта и боящиеся выстрела.
После 1974 года владельцами изгнанных из ДОСААФ пород была образована сфера так называемого любительского собаководства, в практике которой рабочим качествам собак, как правило, внимания не уделяли. И только через двадцать лет (!) уже в связи с нашим вступлением в FCI международная практика работы с породой заставила наших доберманистов вновь заняться служебными качествами своих собак.
Вступление в международное сообщество требует следовать ряду обязательных законов и правил. Мы стали в какой-то степени их заложниками. Эти правила создавались НЕ ДЛЯ НАС. Страны — члены FCI придумали их ДЛЯ СЕБЯ, для СВОИХ расстояний, для СВОИХ доходов, для СВОЕГО профессионального обеспечения. Чтобы выполнить норматив интерчемпиона, западным коллегам нет необходимости преодолевать тысячи километров, переезжая из страны в страну. Родиной ZTP не случайно стала Германия. В Германии только для немецких овчарок имеется более 12 тысяч(!!!) оборудованных дрессировочных площадок, и еще сколько-то тысяч для собак других пород. Поэтому в Германии подготовка собаки не требует от владельца вылезания из кожи вон.
Многие наши доберманисты, безусловно, — самоотверженные люди. Вместе с тем, вводя какие-то обязательные требования, нельзя ориентироваться только на фанатиков. Нас всех воодушевляют успехи доберманов в состязаниях по IРО и в России, и в Украине. Труд и Натальи Кроха, и Лены Дикаревской, и Любы Тарасенко достоин всяческого уважения. Но мы должны учитывать, что эти спортсменки ничем, кроме собак, не занимаются. И требовать подобного от всех владельцев доберманов нельзя.
Идея улучшения рабочих качеств доберманов витает в воздухе, о ней много говорят и пишут. Мы стали свидетелями и попыток претворения этих идей в жизнь. Почти одновременно на крупных монопородных выставках в России и на единственной ежегодной специализированной выставке в Украине организаторы стали проводить тестирование собак. Программа проверки напоминает западный тест на пригодность к племенному разведению в том его разделе, который относится к характеру. Этому тесту подвергаются только собаки, записанные в рабочий класс. Не в первый раз мы хотим напомнить, что у владельцев собак есть не только обязанности, но и права. Одним из таких прав является безоговорочная регистрация в рабочий класс любой выставки, проводящейся под флагом FCI, по диплому IРО (в соответствии с решением Генеральной Ассамблеи FCI в Мадриде в 1983 году). Следовательно, вводить какие-то ограничения и дополнительные рабочие испытания никто не имеет права.
Интересно вспомнить выставочную и племенную судьбу доберманов, проваливших украинский тест. Днепропетровская Баронесса Марианна Диаквин на следующий день была выбрана лучшим представителем породы (ВОВ) в соперничестве с целым созвездием мировых знаменитостей из России (Юный чемпион Мира, Интерчемпион, Мультичемпион Сант Креал Ниваго; Чемпион Мира, Интерчемпион, Мультичемпион Трефовая Дама из Славной Стаи; Интерчемпион, Мультичемпион Тамерлан из Славной Стаи; Чемпион Мира, Интерчемпион, Мультичемпион С`Лихобор Фантом и др.). Баронесса Марианна благополучно съездила в Италию и повязалась с Джино Гомесом. Еще один неудачник рабочей проверки Бомбастик ф.Хансеатен был просто атакован украинскими «невестами» и является вторым в Украине по количеству повязанных сук. Один из племенных лидеров России Мультичемпион, Интерчемпион Нестор из Зоосферы — самый любимый производитель нашего рабочего питомника «Грациано»!
Таким образом, факт прохождения или не прохождения рабочего теста никак не омрачил карьеры данных прекрасных представителей нашей породы.
Давайте подумаем, имеет ли какое-то отношение к селекционной работе подобная проверка? К огромному сожалению, о закономерностях наследования поведения собаководы осведомлены еще хуже, чем о наследовании экстерьерных признаков.
Интересно отметить, что за последние 20 лет нам довелось встретить только двух производителей, которых однозначно можно было рассматривать как мощных улучшателей характера и рабочего потенциала. Это знаменитый голландский рабочий чемпион Гертог Конан в. Маненсхайде, обладатель всех керунгов и дрессировок, и свердловский Лакс-Рой, рабочие достижения которого исчерпались дипломом по ОКД 3 степени.
Селекционная наука говорит: «Нет другого способа оценить генотип производителя, как только оценить качество его потомства». Поэтому селекционный смысл будет иметь только тотальная проверка всего поголовья, «отцов и детей», как это делается при оценке экстерьера.
Нам бы не хотелось высказываться по поводу того, как, на наш взгляд, должен выглядеть рабочий тест. Это совершенно отдельная тема. Но очевидно, что немецкий ZTP для наших условий не приемлем. Вводя те или иные селекционные мероприятия, необходимо представлять, насколько реально они выполнимы. Искусственный отбор все-таки должен проводиться среди собак, а не среди их владельцев! И соревноваться должны генотипы, а не кошельки…
Характер самого тестирования, как нам кажется, должен быть спокойным и рутинным, как медосмотр в поликлинике. Сдал анализ крови и мочи, сделал кардиограмму, зашел к невропатологу — «припадки отрицает, в позе Ромберга устойчив», и вывод — здоров. Для этого не нужен консилиум профессоров!
Тестирование однозначно необходимо отделить от выставок. И оно не должно быть демонстрацией достижений в дрессировке.
Результаты выставок и рабочих проверок должны кем-то обобщаться, анализироваться, суммироваться и влиять на следующий этап в селекционной работе. Именно в этом и заключается творческая составляющая селекции. В противном случае все эти мероприятия опять будут лишены смысла.
На всех этапах селекционного процесса главная, основополагающая роль отводится деятельности специалистов. И на этапе определения селекционной идеи, и на этапе оценки поголовья значение работы экспертов занимает центральное место. Если собаководы не приложат максимум усилий для устранения заказных результатов экспертизы, продажи дипломов и прочих порочных явлений нашей кинологической действительности, никакие благие намерения, новые организации, западные стандарты и отечественные идеи не помогут. Селекционные законы работают только в условиях АБСОЛЮТНОЙ ЧЕСТНОСТИ, вот что интересно! Их ни за какие деньги не купишь!
Любые селекционные программы могут быть реализованы лишь при поддержке административного руководства кинологических организаций. В задачу лидеров породных клубов, очевидно, должно входить утрясание селекционных идей с теми, в руках которых находится выдача родословных документов.
Нам хочется подчеркнуть, что данная статья не является методическим руководством по селекции. Нашей целью было показать, что практика современной кинологии входит в противоречие с установками селекционной науки и наносит существенный ущерб породе.
И в завершение этой далеко не завершенной темы хочется еще раз повторить: кроме научно обоснованной селекции, другого способа сделать наших собак красивыми и умными не существует. Почему-то никто не сомневается, что без помощи инструктора невозможно подготовить собаку по IРО. Но практически все убеждены, что разведением может заниматься каждый. И этот каждый абсолютно уверен, что именно его щеночки осчастливят новое поколение собаковладельцев. Если мы не станем самыми образованными, самыми организованными и самыми честными, мы до конца наших дней будем обречены стоять с рукой, протянутой на Запад.

Ивлева Елена, вл. п-ка доберманов «Ак-Яр», г. Севастополь

В заголовке использовано фото: Чемпион Украины Ак-Яр Орхидея.

Полную информацию по породе доберман читайте
в №№ 9`1999, 11`2000, 8-9`2001, 4`2002, 7`2003

Рекламные ссылки на другие сайты